Мурат Дильманов: В нашей стране неприлично быть счастливым
Люди
09.06.2017
Мурат Дильманов – самый известный и почти единственный карикатурист в Казахстане. Автор так полюбившегося народу персонажа – Уятмена, соавтор Распили Екиматовны – образа современной чиновницы, мировоззрение которой становится очевидным, как только взглянешь на неё и узнаешь, как её зовут. 

Он создал карикатуру на министра культуры Казахстана Арыстанбека Мухамедиулы, когда вокруг его фигуры поднялся шум, на депутата Бырганым Айтимову, на депутата Азата Перуашева, по случаю различных событий в стране, например, паводков.

Мурат Дильманов будет спикером на Go Viral, который пройдет в Алматы 16-18 июня. Это фестиваль передовых мыслителей, как позиционируют его организаторы. Они обещают, что это будет три дня выступлений и семинаров, на которых люди узнают, что делает идеи заразительными и взрывными, как монетизировать контент в соцсетях, как отличить подлинные истории от фальшивых, как сделать так, чтобы Интернет тебя услышал?

Мурату Дильманову, кажется, действительно есть, чем поделиться. Его карикатуры набирают тысячи лайков и сотни репостов. А может ли он чему-то научить пользователей Фейсбука? Будет ли он это делать? Из чего складывается сетевой успех? И почему он предпочитает быть бедным художником? – об этом «Открытая Азия онлайн» поговорила с ним накануне фестиваля.
Коллаж.jpg

Уят как инструмент манипуляции

Слава о Дильманове разошлась по стране после того, как он создал Уятмена. Прототипом этого борца за нравственность стал житель Астаны Талгат Шолтаев, который сначала замотал платком девушку со скульптуры «Влюблённые», а потом был поражён бесстыдством Асель Баяндаровой, которая посмела выложить в Фейсбук свою фотографию «топлес», чтобы показать подписчикам, в какой она прекрасной физической форме. После этого, у карикатуриста появился новый образ – девушка Уятсыз, а общество так стремительно разделилось на два лагеря («бесстыжих» и борцов за нравственность), что Дильманов решил организовать встречу-диалог Талгата и Асель, чтобы каждый попробовал понять другого.

– Наверное, вас всегда начинают мучить с вопроса про Уятмена. Но раз с него всё началось… Вы действительно похоронили этот персонаж?
– Да, я с этим персонажем больше ничего не рисую, никак не шучу.

– Это произошло потому, что вы познакомились с его прототипом?
– Нет, мне просто надоело это внимание. Меня стали ассоциировать с этим «добром». Да и как творческий проект он себя исчерпал. И я его похоронил. Но я не знал, что похороны персонажа вызовут такой резонанс…

– Так он не был отрицательным персонажем? Общественность воспринимала его как воплощение отрицательных черт современного человека – его зашоренности, ограниченности…
– Вообще он такой… немного странный персонаж. Однозначно неоднозначный. Не чёрный или белый. Потому что у нас со словом «уят» (в переводе с казахского «стыд, позор», – прим. ОА) много связано: оно может носить как позитивный, так и негативный смысл. Это такая тонкая грань, которую каждый определяет сам для себя. Это как персонаж Дэдпул. Он же тоже неоднозначный.

– То есть вы не смеялись над человеком-прототипом?
– Это было весело. Это было не высмеивание, а весёлый рассказ про наши стороны. Про казахский менталитет.

– Сейчас много говорят о парадоксе казахстанского или центральноазиатского уята. Это вроде нравственность, но со страшной обратной стороной – которая может заставить семью выгнать забеременевшую девушку из дома. Как вы относитесь к этой его стороне? Вообще должно ли быть такое понятие – «уят» – в обществе?
– Это определённая самоцензура. Это не имеет чёрной стороны. Просто люди, каждый человек используют слово «уят» в своих корыстных целях. Я уверен в этом. Когда люди хотят пристыдить кого-либо, они преследуют определённые цели. Просто так не говорят «уят».

– А какие цели, например?
– В разных случаях разные. Когда говорят про девушек «Ай-яй-яй! До замужества – уят!», то навязывают определённую схему поведения. Кто-то, пытаясь пристыдить кого-то, хочет в дальнейшем манипулировать этим человеком.

– Вы о том, что человеком, который испытывает чувство вины, легче манипулировать?
– Да, конечно, стыд всегда использовался в таких целях. Не только в Казахстане. Везде, где есть религия, есть табуированные темы, которые в дальнейшем используются для чего-либо. И в нашей, центральноазиатской, тематике это один из методов воздействия на людей.
Уятмен.jpg
– А этот человек, Талгат, – прототип Уятмена, какую цель преследовал, пытаясь пристыдить сначала создателей скульптуры, потом Баяндарову? Была ли цель? Или действительно его чувства были задеты?
– Если честно, я так и не разобрался – это были искренние чувства или ему помогали делать их искренними. Но я пытался во всей этой ситуации наладить диалог между людьми-традиционалистами и теми, кто с другой стороны. Я пытался организовать площадку, чтобы люди подумали, поговорили и поняли, что интернет-истории и реальная жизнь – абсолютно разные. Поэтому я не могу сказать точно. Я его не так много знаю. По мне он нормальный парень – таких много.

– А вот этот ваш опыт, когда вы хотели два противоположных мнения если не примирить, то хотя бы сделать так, чтобы они попытались друг друга понять, что показал? Могут наши люди ещё договариваться? Ведь сегодня мы всё больше делимся по разным темам – ораза, ислам, георгиевская ленточка… 
– Я считаю, что вода камень точит. Мы все – часть общества. И в любой семье, если люди хотят жить вместе, они договариваются. Если два человека хотят договориться, они договорятся. Я думаю, что не всё потеряно, но нужны критическая масса и критическое мышление. Если этого не будет, будет не очень хорошо…
Распиля Екиматовна.jpg Распиля Екиматовна/Мурат Дильманов

Распиля Екиматовна, министр культуры, лёгкая свобода и лёгкие деньги

– Ещё один ваш образ – Распиля Екиматовна. Это же образ нашего чиновника. А почему она, интересно, женщина? Чиновниц-женщин у нас гораздо меньше, и если они получают дурную славу, то гораздо, наверное, реже, чем мужчины…
– Да как сказать! У нас патриархальное, конечно, общество, и, соответственно, женская тема не так часто присутствует. Но вообще у нас много женщин, много интересных женщин. И так получилось, что среди них бывают чиновницы и с негативными чертами.

– Многие себя в ней узнали?
– Когда первый пост с Распилёй Екиматовной у нас вышел, очень многие себя узнали. Но когда они начинали критиковать, они очень сильно себя выдавали – что они либо сами такие, либо у них есть очень близкие люди, работающие так. Потому что типаж универсальный, каждый мог сказать: «Я знаю, с кого вы рисовали!» Хотя я ни с кого не рисовал. Это просто собирательный образ, азиатский типаж.

– Эти люди, которые либо находятся в околочиновничьих кругах, либо сами работают на госслужбе, убеждены, что нынешнее положение дел – коррупционные схемы, откаты, привычка работать только со «своими» – единственный возможный вариант для жизни в Казахстане…
– Это нам внушают.

– Те, кому так удобно?
 – Конечно, им так удобно, они создали себе княжества, как феодалы… Каждый небольшой акимчик создаёт для себя определённое княжество с силовыми структурами, с властью… Поэтому они нам навязывают такую модель поведения. Им так удобно, они до седьмого колена себя обеспечат, а после них хоть трава не расти.

– Выбор за нами – принять и поверить или…? А мы можем вообще что-то сделать?
– Конечно! Я же говорю – вода камень точит. Становление общества не может быть лёгким, за это нужно бороться. Знаете, когда свобода или что-либо достаётся легко, это меньше ценишь. 

– А свобода достаётся легко? Ни разу не слышала…
– А независимость нам досталась как?

– Вы думаете, легко?
– А как по-другому это назвать? Она просто свалилась на нас… Если вы тяжело зарабатываете деньги, вы их цените… А если они на вас падают, выигрыш какой-то, например, вы знаете, что это лёгкие деньги, соответственно, вы ведёте себя так же. За редким исключением.

Так же со всем остальным: что достаётся легко, то так и ценится. Я имею в виду князьков и феодалов, которые у нас есть.

Ещё одна карикатура Мурата Дильманова появилась после скандала, связанного с именем министра культуры и науки Казахстана Арыстанбека Мухамедиулы. Девушка, которая училась в Академии искусств имени Жургенова, когда он был там ректором, обвинила Мухамедиулы в вымогательстве взятки и сексуальных домогательствах.
Карикатура на Мухамедиулы1.jpg
– История с Мухамедиулы. Её кто только не обсуждал. Она интересна не сама по себе. Один момент мне видится показательным. Когда эта карикатура появилась, многие посчитали, что её сделали кыргызстанцы. Вы согласны с мнением, что они другие, хотя тоже жители Центральной Азии, из Совка вышли, но не такие, как мы? 
– Я объясню, почему им приписали мою карикатуру. Когда появляется инфоповод, у меня быстро получается что-то создать. Но в тот момент я был на работе, торопился и забыл поставить свой автограф. И кто-то сказал, что, возможно, это братья-кыргызы сделали эту карикатуру. Но мы тоже можем, если хотим…

– Но всё-таки – вы согласны, что они больше продвинулись в вопросах свобод, высказывания своего мнения?
– Насчёт этого – да. Если честно, казахи по большей части лентяи, и этому способствует коррупция. За счёт коррупции можно лениться. Насколько я знаю, в Кыргызстане много трудоголиков, там хлеб даётся непросто, чтобы жить, надо работать. Нам же досталась вся таблица Менделеева. Определённым людям можно продавать это несколько поколений подряд и жить хорошо. 

– Вы хотите сказать, что нам изначально достался более высокий уровень жизни, чем в других странах Центральной Азии, и это делает нас ленивыми?
– Как я и говорил: то, что даётся легко, ценится хуже… Я к этому отношусь так. Об этом все и так знают, но, возможно, сейчас народ опять включится и скажет: «Да мы не такие!»
Но всё упирается в коррупцию. Из-за этого руки опускаются, профессионалы не растут либо уезжают. Потому что если нет здоровой конкуренции, всё бесполезно – профессионалы становятся не нуж-ны.

Сейчас люди наворуются, а потом просто уедут. И не нужен им никакой Казахстан. Они здесь жить не будут, и дети их здесь жить не будут: «А вы живите, как хотите». Уже немало таких примеров, когда люди уехали на запад, живут там припеваючи и критикуют там нашу власть, хотя откуда ноги растут, мы же знаем.
Паводки.jpgНа тему паводков в Казахстане/Мурат Дильманов

Это подарок судьбы – жить, как нравится

– Как вы думаете, почему ваши карикатуры стали выстреливать, стали так вируситься? По сути вы же делаете то же самое, что и информационное сообщество – рассказываете новости, подмечаете тренды, показываете другой взгляд на происходящее в стране. Над этим работают целые команды журналистов, но мало какой редакции удаётся одним постом, одной статьёй добиться такого отклика, как вашим карикатурам – чтобы было 1000 лайков, 400 репостов.
– Я думаю, что, во-первых, это визуализация. Когда читаешь – это одно, а когда видишь картинку – это другое. И плюс я подаю темы с юмором определённым. Я думаю, это как раз и есть та смазка, которая помогает проглотить это всё.

– Наши редакции слишком серьёзны?
– Нам не хватает самоиронии! Вы посмотрите, у нас разве есть юмористические, со здоровым юмором издательства? У нас никто не любит шутить. У нас принято быть серьёзным. Неприлично быть счастливым и весёлым. У нас вся лента построена либо на негативе, либо на рекламе. А самые хорошие, честные, сильные вещи делаются бесплатно и для себя.

– Вот как раз о деньгах. Многие бизнесмены, мои и наверняка ваши знакомые, которые имеют маленькое своё дело, говорят, сейчас в Казахстане очень сложно заработать, если не делать госзаказ, трудно найти негосударственные деньги. Сейчас государство – самый крупный заказчик. А вы отказываетесь от этого способа осознанно?
– Да, я осознанно от этого отказываюсь. Были предложения работать с организациями, но я не решаюсь. Если ты работаешь на государство – это определённые обязательства. Тебя сверху могут пожурить, могут поводок подёргать. А я не люблю такого. Я хочу жить по-своему. Я хочу наслаждаться жизнью. В пределах закона, конечно. Я хочу высказывать своё мнение, не боясь и не озираясь. А у нас же как принято? Сделать собаку, которая лизала бы сапог своего хозяина.
IMG_9559.JPG
– В одном интервью вы сказали: «Политическая карикатура мертва».
– У нас – да. 

– А то, что вы делаете – это не политическая карикатура?
– Это… это капля в море. Потому что у нас все боятся – либо ты не заработаешь, либо тебе блокируют доступы к заработкам. Я работаю бесплатно. А что с шута возьмёшь?

– И тем не менее вас приглашают на фестиваль Go Viral. Вы там будете выступать. Там будут рассказывать о том, как производить контент, который станет успешным в Интернете, как его распространять, как на этом зарабатывать. А что вы там будете говорить? Чему будете учить людей? Может быть, вы всё-таки сейчас лукавите, что карикатура мертва? Может, ваша история – это история успеха?
– Я пытаюсь этот забытый жанр возродить. И самое интересное знаете, что? Карикатура со временем трансформируется. То, что я сейчас делаю, это ближе к карикатуре классической, какой она была раньше. Сейчас немного другие способы самовыражения… Я сейчас тоже держу путь в другую сторону – хочу делать перфомансы.

Я не скажу, что это история успеха. Это абсолютно не успех с точки зрения коммерции. Но я люблю своё дело. И прежде всего я людям говорю: любите то, что вы делаете, и будьте честны с собой. И тогда это будет давать дивиденды.

– Вы просто хотите поделиться своим опытом и рассказать о своих взглядах на жизнь? Не стоит цели кого-то чему-то научить?
– Знаете, меня в последнего время очень бесят коучеры (тренеры, обычно на тренингах по личностному росту и лидерству, – прим. ОА). Я не хочу никого учить жить – живите, как вам нравится. Это же подарок судьбы – жить, как нравится. А коучеры пытаются наэлектризовать тебя так, чтобы ты такой «Ууух!» На тренингах идёт такое зомбирование – надо быть успешным! И никак иначе. 

А люди ведь разные. Есть люди, которые любят печь лепёшки. И у них это охренительно получается. Я иду к этому человеку специально, покупаю и с удовольствием ем эту лепёшку. И ему это нравится, он этим на жизнь себе зарабатывает. А у нас ведь все эти тренинги для того, чтобы зарабатывать миллиарды. А вы знаете много миллиардеров, которые не сидят около власти  или не являются недропользователями?

– Успех – это не обязательно деньги?
– Не обязательно. Я хочу, чтобы мне просто хватало на жизнь, которая меня бы устраивала. Мне не нужны миллионы. Я хочу иметь достаток, чтобы содержать детей, семью. Я к деньгам отношусь, как к электричеству. Вот ты зарядил телефон, он работает. То есть я заработал своим трудом, иногда не высыпался сутками, неделями, но это мой опыт, мне нормально, мне хорошо. Я честен с собой и перед людьми. 

Я не хочу никого учить жить. Каждый выбирает свою схему. Посмотрят на меня и захотят жить, как я, – это совсем не обязательно. Ты выбирай свой путь, а я с удовольствием расскажу, как я живу. И я совсем-совсем не состоятельный и не богатый художник. Я не Никас Сафронов, у которого конвейер по производству картин. Да, я рисую, но рисую в своё удовольствием. Учить, как жить и зарабатывать, я не могу. 

– Почему многие хотят пойти на фестиваль Go Viral? Люди хотят научиться существовать в Фейсбуке, например, высказывать там своё мнение, зарабатывать. Многие считают, что соцсеть сейчас – это единственная площадка, где можно свободно выражаться.
– Фейсбук – это две стороны баррикад, Для кого-то это – зона самовыражения, а для кого-то – это серая зона, которую сложно контролировать. Можно, но только закрыв. Фейсбук – это отдушина, место, где ты можешь какую-то правду сказать. Насколько я заметил, многое у нас пропитано запахом страха. 

– В стране?
– В стране.

– Вы говорили, что хотите и сами попробовать уйти от негатива, и людей приучить мыслить позитивно, посмеиваться над собой. Но может ли это быть успешным, ведь мы предпочитаем и читаем злое, плохое, кровавое, страшное?
– Я думаю, может, потому что есть определённые технологии плюс немножко искренности, присыпать юмором и будет очень нормально. Юмор – это такой тренд, который всегда актуален. Как бы тяжело ни было, всегда, всегда, даже во время чумы, люди хотели смеяться. Юмор имеет свойство портиться, но он всегда будет актуален. 
IMG_9557.JPG
комментариев 0
Комментарии
  • Комментарии
Загрузка комментариев...
Читать все комментарии
Наверх