Почему в Центральной Азии бьют трансгендеров?
Истории
12.08.2016

В Казахстане бурно обсуждают ролик, попавший в Интернет. На видео некие люди в грубой форме допрашивают трансгендеров. Их заставляют называть свои имена, обзывают проститутками, грубят и даже распускают руки.

Обсуждая происходящее, казахстанцы традиционно разделились на два лагеря: одни сыплют проклятиями в адрес трансгендеров, другие жалеют их и просят относиться к таким людям с пониманием.

В любом случае, факт унижения достоинства и рукоприкладства налицо. Резкий тон мужчин, которые с пристрастием допрашивают трансгендерных женщин, натолкнул пользователей сети на мысль, что за кадром скрываются полицейские. Однако в местном Департаменте внутренних дел (а видео, судя по описанию, было снято в Караганде) тут же поспешили заявить, что их сотрудники не имеют к ролику никакого отношения. Казахстанцам теперь остается только гадать, кто и на каком основании задержал представителей ЛГБТ-сообщества и устроил им допрос с применением насилия.

“Открытая Азия онлайн” решила узнать, как живут трансгендеры в Центральной Азии, и вспомнить примеры нарушения их прав.

Казахстан: бьет - значит, не любит

^C53DF3A5C26E900A1167E9755215B085DC1F31FDD98ACC5D20^pimgpsh_fullsize_distr.jpg

Они редко выступают открыто. Скудные сведения об их жизни лишь изредка просачиваются в прессу и чаще всего по не очень приятным поводам. По словам активистов, трансгендеры (люди, чья гендерная идентичность не совпадает с их физиологическим полом) - наиболее уязвимые представители сообщества.

Один из последних примеров - случай в Караганде. 
"Ты, которая не Андрей больше, посмотри сюда", – говорит голос за кадром, и блондинка получает удар кулаком по голове. Мужчина снимает все на телефон, заставляет “девушек” назвать свои имена. Те подчиняются.  

"Я в ДВД стою на учёте как проститутка”, – открыто заявляет человек с бантом на голове.

"У меня есть муж, я живу с мужем, вот кольцо", – отвечает блондинка. Голос за кадром настойчиво просит дать телефон ее мужа, чтобы “познакомиться поближе”.

На происходящее пользователи отреагировали неоднозначно. Кто-то писал, что надо было общаться с транcгендерами еще жестче, но многие, впрочем, посчитали, что унижать и тем более бить человека только из-за того, что он выглядит не как все, никому не позволено. В полиции пообещали провести тщательное расследование и ознакомить общественность с его результатами.

Невидимая часть общества

На карагандинское видео отреагировали правозащитники. Юристы Казахстанского бюро по правам человека сообщили, что готовы оказать юридическую поддержку пострадавшим, ведь к ним были применены насилие и издевательства. 

Руководитель Центра первичной правовой помощи Мария Расулова заявила, что, несмотря на готовность помочь, пока к ним никто не обращался.
- Чаще всего представители ЛГБТ-сообщества прибегают к помощи общественников, которым доверяют. И только после их рекомендаций могут попросить помощи со стороны.

Искандер Ксанов, член экспертно-ресурсной платформы “Транскоалиция на постсоветском пространстве", говорит, что случаев, когда происходит нарушение прав трансгендерных людей, и в их отношении применяется психологическое или физическое насилие, предостаточно. Правда, далеко не все факты становятся достоянием СМИ и правоохранительных органов. Более того, иногда сами полицейские стран Центральной Азии оскорбляют и унижают трансгендерных людей, обратившихся за помощью, а пограничные службы чинят  им препятствия  при пересечении границы, если у тех не совпадают документы с внешностью.

- Наше общество относится к трансгендерам не как к людям, личностям, имеющим право жить в соответствии с самоощущением, а как к объектам повышенного интереса, - говорит Искандер Ксанов. - Отсюда их закрытость, желание быть незаметными, невидимыми. Однако из-за проблем с документами и высокого уровня трансфобии в обществе, они не могут получить образование или подолгу где-либо работать из-за того, что их внешность часто противоречит их паспортным данным. Также осложнена их жизнь в плане получения медицинских услуг. У нас есть законодательство, которое регулирует процедуру гендерного признания, его юридические  аспекты. Но в подзаконных актах Министерства здравоохранения и юстиции по-разному решают вопросы по смене пола в паспорте. 

Если в Кодексе о здоровье прописано, что каждый гражданин страны имеет право на смену пола, то в Кодексе о семье и браке от Минюста указано, что человек может поменять имя, фамилию и пол только после хирургической операции. Но проблема в том, что трансгендеры для признания своей идентичности не всегда имеют возможность пройти операционное вмешательство из-за отсутствия денег, работы или здоровья. Кроме того, многие трансгендерные люди отлично социализируются в новом гендере, начав заместительную гормональную терапию без каких-либо хирургических операций.

По мнению активиста, именно факт несоответствия паспортных данных внешнему виду трансгендера становится поводом для различного рода преследований и унижений как медицинскими работниками, так и сотрудниками правоохранительных органов. Нередки факты избиений, изнасилований и преследований трансгендеров в обществе. Например, транссексуал из Капшагая, который открыто заявил на телевидении о своей ориентации, вскоре оказался без крова - его дом сожгли. Интернет изобилует видеодоказательствами того, как бесцеремонно, а порой жестоко обращаются с транссексуалами полицейские в разных странах Центральной Азии. 


Сначала операция, потом - паспорт

Процедура признания социального пола в Казахстане долгие годы была очень демократичной - человек при наличии диагноза «транссексуализм» мог поменять паспортные данные в соответствии со своей гендерной идентичностью. Разумеется, после тщательного медицинского и психиатрического освидетельствования. С 2003 года существовала целая комиссия по смене пола при Республиканском центре психиатрии и наркологии, которая, рассмотрев результаты месячного курса наблюдения “лица, имеющего расстройство половой идентификации”, выдавала документ, разрешающий поменять паспорт, а при желании и сделать хирургическую операцию.

b94d62e031e8817a7d343b11bf1.png

В 2009 году после вступления в силу нового Кодекса о здоровье возник прецедент, в результате которого обратившийся за социальной сменой пола в ЗАГС транс-мужчина получил отказ. Ему предложили сначала сделать операцию. Но для выезда в клинику в другую страну и избежания проблем при обратном въезде ему необходимо было получить паспорт, в котором его пол был бы изменен уже сейчас. Нелепость ситуации заключалась в том, что несколько трансгендеров ранее смогли поменять документы без проблем. Поднялась шумиха, на защиту трансгендера встали правозащитные организации, и проблему с документами удалось решить.

Как рассказал Искандер Ксанов, в 2011 году вышло постановление правительства о создании новой процедуры, позже вновь подтвержденное приказом Минздрава. 

Процедура включала уже обязательную генитальную хирургическую коррекцию.
И только после этого человек мог поменять документы.
 
По мнению Искандера, самая гуманная процедура признания гендерной идентичности сегодня существует в Аргентине, где с 2012 года действует закон, по которому любой человек может поменять пол и получить новые документы, не прибегая к операциям или медицинскому обследованию. 

Сменил пол? Увольняйся! 

История с бывшей женщиной-полицейским, которую после смены пола заставили уволиться из ДВД Алматы по собственному желанию, стала одним из самых показательных примеров дискриминации трансгендеров в Казахстане. Те, кто с сочувствием и пониманием отнесся к этой истории, говорят: такое недопустимо в демократическом обществе. 

Арман (так “он” представлялся в СМИ, физиологически Арман - женщина) много лет работал в Центре оперативной информации ДВД Алматы. Внешне “он” был похож на мужчину, никаких нареканий на работе не получал и не испытывал никакого давления со стороны общества. Напротив, был на хорошем счету у руководства. Но после того, как он отправился на операцию по хирургической смене пола, отношение к нему резко изменилось. Его признали якобы негодным к службе. Транс-мужчина подал в суд, но проиграл его. Его юрист Жанар Балгабаева сообщила, что после неудачи ее подзащитный обратился за помощью в Верховный суд. Если его не восстановят на работе, Арман намерен отстаивать свои права в Комитете по правам человека при ООН. 

Кепочка или платье

ленская.jpg

Председатель лечебной комиссии Республиканского центра психиатрии,психотерапии и наркологии Ирина Ленская знает о проблемах трансгендеров не понаслышке. Говорит, что сейчас в Казахстане постепенно меняется отношение людей к представителям ЛГБТ.


- Цель нашей комиссии на протяжении многих лет состояла только в том, чтобы разобраться, не является ли желание сменить пол у человека признаком какого-либо психического заболевания. Другое нас не должно было интересовать. Будет он при этом делать хирургическую коррекцию или нет, это сугубо личное дело самого человека. Может быть, для своего самоосознания ему достаточно надеть кепочку или платье - мы должны это принять. Мы должны заниматься узкой проблемой, проблемой помощи человеку определиться с его идентичностью, потому что человек испытывает и без того огромную трансфобию - то есть страх и растерянность  в  связи  с  тотальным  расхождением  между  паспортным  полом  и  идентичность. 

Министерство здравоохранения и социального развития сейчас рассматривает рекомендации специалистов, в том числе и от международных организаций,  по которым необходимо сократить количество врачей при проведении освидетельствования, оставив только психиатров, снизить возраст обследуемых с 21 до 18 лет, заменить стационар на амбулаторное наблюдение и менять документы сразу после постановки диагноза, не дожидаясь хирургической смены пола. 

Таджикистан: тема под запретом

В Таджикистане на темы, в целом связанные с ЛГБТ-сообществом, наложено табу. Этими проблемами занимаются единичные активисты. При этом местные жители реагируют на них достаточно агрессивно, и нетрадиционное сообщество фактически находится в подполье.

Трансгендер Анжелика, которая еще совсем недавно представлялась Андреем, говорит, что после того, как смирилась со своей ориентацией и приняла решение о смене пола, от нее отвернулись родственники и друзья.

- Кто-то делал вид, что слушает и понимает, а потом просто не поднимал трубку, когда я звонила; кто-то говорил в лицо, что общаться со мной больше не станет. Не поддержали меня и близкие родственники, - рассказывает она.

Сейчас Анжелика принимает гормональную терапию, ведет переговоры с врачами о предстоящей операции, отказалась от мужской одежды и отрастила волосы. Благодаря препаратам ее фигура стала женственной, и после таких изменений руководство компании, в которой работала Анжелика, попросило ее написать заявление об уходе по собственному желанию. 

- Начальство со мной даже не разговаривало, а коллега, на которого возложили общение со мной, сказал, что я могу навредить имиджу компании. Пришлось уйти. Со мной не здороваются соседи, их дети бросают в меня камни, постоянно слышу упреки и угрозы в свой адрес, стараюсь не выходить из дома. Но от своего выбора не отступлюсь, - говорит она. 

^5885995D64F0A8B195BF6F575013EAB0F44695D9AD15F3F638^pimgpsh_fullsize_distr.jpg


В апреле прошлого года в эфире российской телепередачи «Пусть говорят» известная в Таджикистане танцовщица, народная артистка СССР Малика Калантарова рассказала о том, как ее сын, еще два года назад известный в России и в мире танцовщик Артур Гулькаров, стал Самирой Мазал. Муж и старший сын Малики с этим никак не хотят мириться и прервали общение с родственником. И хотя семья артистки давно проживает в США, этот выпуск передачи вызвал в Таджикистане широкий резонанс. Пользователи Интернета посчитали, что подобные факты не стоит выносить на широкую публику. 

Кыргызстан: процедура есть, признания нет

лабрис.jpg

В Кыргызстане справку, рекомендующую смену пола, получить намного проще, но этот документ не имеет никакой юридической силы. Поэтому взять заветную справку и сразу поменять паспорт в этой стране нереально.

Айжан Кадралиева, специалист общественного объединения "Лабрис" считает, что отсутствие официальной процедуры смены пола в документах сильно затрудняет жизнь трансгендеров. 

- Как и многие постсоветские страны, Кыргызстан не имеет этого документа в утвержденной, установленной форме, что лишает трансгендеров правоспособности доступа к реализации прав, так как имеющиеся у них документы не соответствуют их внешности и самовыражению и не могут быть использованы без сопутствующих унижений и дискриминации, - говорит Айжан.

По ее мнению, это главная причина злоупотребления должностными полномочиями, дискриминации, коррупции со стороны сотрудников отделов ЗАГС и силовых структур.

Один из случаев произошел в аэропорту Бишкека. Транс-мужчина проходил паспортный контроль с документами, выписанными на его бывшее женское имя. Сам он в это время уже прошел операцию по коррекции тела и более года принимал гормоны. У пограничников возникли сомнения, и тогда мужчина объяснил, что он трансгендер, и предъявил медицинскую справку. Но это не помогло, и его заставили полностью раздеться и предъявить “доказательства”. Естественно, вся процедура сопровождалась унизительными вопросами интимного характера. Однако и после досмотра пассажиру сказали, что не могут выпустить его из страны. Он предпочел не спорить и отменить свою поездку. 

Подобных примеров дискриминации трансгендеров только из-за несоответствия паспортных данных внешности фиксируется достаточно. Об этом свидетельствуют результаты опросов и отчетов международной организации “Human Rights Watch” и других НПО. Например, в 2015 году после опроса 41 трансгендера из Казахстана инициативная группа AlmaTQ выяснила, что почти две трети указали на необходимость изменить свой юридический пол в документах, а практически осуществить это смогли только два респондента. 

Выводы специалистов пока не оставляют места для оптимизма у представителей трансгендерного меньшинства и не вызывают желания  становиться более открытыми. Им безопаснее жить, не сообщая о том, что они трансгендеры. Так как это позволяет избежать насилия и унижения со стороны трансфобного общества. 
комментариев 0
Комментарии
  • Комментарии
Загрузка комментариев...
Читать все комментарии
Наверх