«В младших классах меня называли кофиром» – как травят детей в таджикских школах
Истории
30.11.2018

Фото: Asia-Plus


Только в столице республики от буллинга страдают 14 тысяч школьников. Возможно ли защитить их?

Исследования ЮНИСЕФ, результаты которого были опубликованы в октябре 2018 года, говорят о том, что каждый третий ребенок в мире подвергается буллингу. Аналитики проводили исследования в 42 странах, в том числе и в Таджикистане. Они выяснили, что травля в школах присутствует в государствах с разным уровнем доходов. Буллингу подвергается около 7% всех подростков в Таджикистане, 42% – в России, 44% – в Афганистане, 35% – в благополучной Канаде. Конечно, на фоне статистики из других стран, таджикские семь процентов выглядят привлекательно, но если перевести их в количество, то выходит, что только в Душанбе (в столице 190 621 школьников) от травли страдают 14 тысяч учеников.

На неделе в одном из самых популярных пабликов в таджикском сегменте ФБ «Tajik Mama Group» партнёр «Открытой Азии онлайн» – издание Asia-Plus – опубликовал пост с просьбой откликнуться тех, кто сталкивался с буллингом. Редакция получила десятки сообщений и расскажет, как детей травили и травят в школах, кто это делает и можно ли с этим бороться.
Первая.jpgФото: Asia-Plus
Нам написали взрослые люди – женщины и мужчины, некоторые действительно рассказывали о том, как их, детей, обижали и унижали в школе. Но это были единичные случаи, и значит – это не буллинг. Потому что травля в школе продолжается неделями, месяцами и годами, жертву мучают всем коллективом намеренно и долго.

И такие истории тоже были.

Большинство людей, которые откликнулись, описали свои личные истории. Истории о том, как травили в школе их самих или травили они, или они были молчаливыми свидетелями того, как травили кого-то. Все три роли, которые пришлось сыграть этим людям, до сих пор вызывают у них – как минимум – неприятные чувства, как максимум – они привели к страшным депрессиям, избавиться от которых удалось только с помощью зарубежных специалистов. Всё это происходило в Таджикистане.

Но самое главное, что никто из тех, кто откликнулся на наш пост, не рассказал о травле в настоящем времени и, возможно, родители не знают о том, что происходит с их детьми, стесняются в этом признаться или не считают, что с их ребёнком происходит что-то неправильное.

История №1. Свидетель
– Я пришла в первый класс на полтора месяца позже начала учебного года, там уже был мальчик, с которым никто не хотел сидеть за одной партой. Потом я узнала, что однажды он попросился в туалет, учительница его не пустила, и он описался прямо в классе. Заступиться за него в школу никто не пришёл.  

Этот мальчик был самым ужасным двоечником класса, но не хулиганом, а просто забитым мальчиком. Он учился с нами до конца пятого класса, но у него никогда не было друзей. Детям рядом с ним стыдно было даже сидеть, но учительница не пыталась с этим бороться. Он просто сидел всегда один.

Однажды мы с подругой играли во дворе школы, и тот мальчик был недалеко, нам было весело, моя одноклассница что-то ему сказала, его это задело, и он бросил в нашу сторону грязный жестяной лист, с которым играл. Он бросил не сильно, и я знала совершенно точно, что он не хотел попасть в нас, но мы же тогда физику не знали. Лист попал мне острым углом прямо в затылок. Мне было не больно, но пошла кровь. Мальчик очень сильно испугался и убежал. После школы меня забрал папа и по дороге заметил рану на голове. Он спросил, что случилось, я рассказала – это же папа!

Мы тотчас развернулись и пошли назад в школу. Почти все одноклассники были на месте, папа вихрем ворвался в класс, и велел мне показать, кто это сделал. Я показала. Папа в порыве эмоций подошёл к этому мальчику и схватил его за шкирку, но, как я теперь уже понимаю, он увидел его глаза и сразу оставил, просто сказал, чтобы он больше так никогда не делал.

Когда мы уходили, я слышала, как учительница начала его ругать…

Позже я подвергалась буллингу и сама. Мои родители из Памира, поэтому в младших классах меня называли кофиром. Потом все мои одноклассники вдруг стали поститься, а мне родители не разрешали, потому что считали, что в 10 лет это вредно для организма. Я в школе притворялась, что держу пост, садилась прямо посередине улицы, когда звучал азан, чего я только не делала, чтобы доказать, что я не кофир. Но ничего не помогало…

Сейчас моя дочь ходит в частный детский сад. Когда её перевели из младшей в среднюю группу, она стала бояться, плакать по утрам, и писаться (!). В память о том мальчике и о своей истории, я ни минуты не раздумывая, перевела дочку в другую группу, где ей нравилось. Знаете, как только мы ее перевели, проблему как рукой сняло. Мы долго ждать не стали. Но если честно, я побаиваюсь наших педагогов.


Кофир (кафир, кяфир,гяур) – в переводе с арабского «неверующий, иноверец, неверный»: понятие в исламе для обозначения человека, не верующего в Аллаха или не живущего по мусульманским догмам.

История №2. Обидчик
Это началось в первом классе, правда, я не очень хорошо помню, с какого именно момента. Девочку звали Женя, у неё, кажется, была какая-то болезнь, потому что кожа вокруг губ шелушилась. Она была неряшливой, все девочки аккуратные, а она всегда растрёпанная, в мятой одежде. Эта Женя была из многодетной семьи, что для нас – в русскоязычной школе, в 90-е годы – было ещё удивительно. Сейчас я понимаю, что во время гражданской войны в большой семье у её матери, скорее всего, просто не было времени и сил, чтобы причесать дочь и отгладить ей одежду, но тогда меня такие глубокие мысли не посещали.

Мы травили её всем классом, сейчас понимаю, что мы травили её даже вместе с учительницей. Потому что наш классный руководитель (кстати, до сих пор я считаю её хорошим педагогом) не обращала внимания на то, что Женя всегда одна, что никто с ней не хочет сидеть за одной партой, никто с ней не играет или, когда её вызывают к доске, весь класс хихикает. Ещё, если Женя проходила мимо чьей-нибудь парты и нечаянно задевала учебник, пенал, мы начинали орать «Фу, сифа!», а тот, чьи вещи она задела, бежал и начинал вытирать их платочком…

И нам казалось, что мы абсолютно нормальные дети.

Женя училась очень плохо, и у учительницы не было никакого желания ей помочь. То есть, вот выходит к доске отличница или отличник или даже ударник, и наша учительница прямо с обожанием смотрит на него, подбадривает, хвалит. Выходит Женя – учительница её не слушает.
Среда.jpg
Два эпизода, связанные с Женей, до сих пор мне не дают покоя.

Первый: с ней за парту посадили одного мальчика, тоже двоечника, но к которому мы все почему-то хорошо относились. Он ныл весь урок, он почти плакал, чтобы его отсадили от Жени. Сел на самый краешек стула, чтобы не дай бог не прикоснуться к ней. Весь урок мы веселились, прыскали со смеху, уже к концу урока учительница сказала мальчику, мол, ладно пересядь, но если будешь себя плохо вести, посажу назад.  

Когда Женя выходила из класса, кто-то из ребят толкнул на неё этого мальчика, она упала, у неё задралась юбка. А под юбкой были рейтузы. И класс просто взревел, мы ржали, как ненормальные: «Фу, панталоны, рейтузы». Она встала, смотрела на нас, а по щекам у неё катились слёзы. Самое страшное, что на мне были такие же рейтузы, я их ненавидела, но мама заставляла надевать зимой, но я тоже смеялась…

Второй эпизод: мы с двумя девочками во время перемены не пошли гулять, а остались в классе (такую привилегию нам иногда давала учительница), вывалились из окна класса на втором этаже и смотрели во внутренний двор, грызли яблоки, бросали огрызки на улицу. Вдруг во дворе появилась эта Женя. Мы замолчали и стали смотреть, что она будет делать дальше. Она шла прямо под окнами и когда дошла до наших огрызков, нагнулась, взяла их и стала есть, и только потом подняла свою голову и увидела, что мы смотрим на неё сверху. Она замерла, и мы тоже, если честно, обомлели. Мы все тогда плохо жили – 90-е годы –но это все равно было слишком. Но даже осознание всей ситуации нас не остановило: мы рассказали об этом происшествии всему классу…

Я не знаю, куда потом делась эта Женя, она исчезла, когда мы учились где-то в классе четвертом. Меня не обижали дома, меня никто не унижал, родители любили, у меня были бабушки и дедушки, друзья, черепашка в коробке и даже в самые тяжелые годы мне старались сделать что-то хорошее. 

Почему я себя так вела в школе мне до сих пор непонятно. Совесть меня стала мучить уже, когда я стала взрослым человеком, когда у меня появились свои дети.

Со своими одноклассниками мы никогда не говорили на эти темы и, судя по тому, что мы вообще никак их не обговаривали, мне кажется всем нам стыдно.

Мне всё время кажется, что карма меня настигнет, что я должна поплатиться за то, что делала в детстве. Если честно, я очень устала от этих мыслей. Я мечтаю о том, что у этой Жени всё сложилось хорошо, что она сейчас сильная, богатая и успешная, но я не нахожу её ни в одной социальной сети. Надеюсь только на то, что она просто не указала свою прежнюю фамилию, чтобы никто из уродских одноклассников её не нашел.

История №3. Жертва
В четвёртом классе по семейным обстоятельствам меня перевели в другую школу, но через некоторое время снова вернули в прежнюю. Мои одноклассники отчего-то восприняли мой уход и возвращение, как предательство. Я была отличницей и старостой в этом классе, представляла школу на разных крупных мероприятиях, а когда вернулась мне вдруг стали мстить. Причем, очень жестко мстить.

В любом классе есть неформальные лидеры, которые не хотят быть старостами, но хотят управлять всем классом, они окружают себя сторонниками, которые выполняют их желания. Так получилось и у меня: в классе была девочка Наташа, тоже отличница, которая стала травить на меня весь класс. Что они только не делали: лили клей мне на стул, клали кнопки, засовывали мне в сумку какую-нибудь гадость. Учителя не отставали, например, преподаватель русского языка категорически отказывалась мне ставить «пять» по той простой причине, что я нерусская. Хорошие оценки мне давались с большим трудом, намного сложнее, чем Наташе.

Я старалась не давать себя в обиду, пыталась защищаться – меня били, каждый день в классе были драки. Но мои мучения не заканчивались после того, как я выходила из класса. Наоборот, начинались, потому что за пределами моего русского класса, для которого я была нерусская, меня ждали таджикские классы, для которых я была «урус».

Я ужасно боялась идти домой: дети из таджикских классов бросали камни, кричали всякие гадости. Когда мы повзрослели, они стали «лапать» нас, могли ударить, могли порвать лифчик.
Как-то я возвращалась домой, и один мальчик из таджикского класса подскочил ко мне и насильно поцеловал, мои одноклассники стояли и ржали, а мне было так противно, мерзко, больно, обидно. Я пришла домой и всё рассказала маме. Она ударила меня. Она считала, что я сама во всем виновата…

Я ненавижу вспоминать свою школу. Мне сейчас сорок лет, и я так рада, что моим мучителям давно нет до меня никакого дела. Но вот что я скажу: я прожила с этими травмами всю жизнь – до тех пор, пока не нашла специалиста в Москве, который помог мне избавиться от них.
Четвёртая.jpg
Когда ты оказываешься в роли жертвы, у тебя появляется чувство тревоги, и оно не покидает тебя никогда. Ты просыпаешься со страхом, засыпаешь со страхом, ты всегда всего боишься. Если кто-то пытается довлеть над тобой, ты вместо сопротивления пытаешься его задобрить. Эта тревога выматывает тебя, она забирает всю твою энергию, она мешает тебе жить и, в конце концов, она приводит к ухудшению здоровья, вплоть до онкологии. 98 процентов всех заболеваний – это психосоматика, это я вам, как врач говорю.

В какой-то момент я начала сильно болеть и тогда обратилась к специалисту – к очень хорошему, но очень дорогому. Один сеанс обошелся в 200 долларов. Но вместе с ней мне удалось заново выстроить образы людей, которые в прошлом имели большое значение в моей жизни: это мои родители, учителя и одноклассники. Психологически я родилась заново, я отпустила все обиды, и тревога прошла. Но чего мне это стоило…

Знаете, я не верю в то, что в Таджикистане только 7% детей подвергаются буллингу. Статистика такая ненадёжная вещь. Многие дети не понимают, что с ними происходит, винят себя в этом, закрываются ото всех, и вы про них ничего не знаете.

Как защитить ребёнка от травли?
Ситуацию комментирует бизнес-тренер, психолог-консультант Фируза Мирзоева.

– Фируза, как вы считаете – насколько остро стоит проблема буллинга в школах Таджикистана?
– Проблема есть, просто о ней не принято говорить. Никто не хочет касаться этой болезненной темы. Администрации школ стараются «не выносить сор из избы», учителя боятся выглядеть некомпетентными и боятся санкций со стороны директора. Дети боятся рассказывать о травле родителям. Родители, узнав о факте буллинга, стесняются об этом заявлять открыто. В СМИ эта тема не освещается из-за отсутствия реальных кейсов. Все молчат. Возникает иллюзорное спокойствие в школьном пространстве. Но это не так.

– Что делать, если ты узнал, что твоего ребёнка травят в школе?
– Если вы заметили тревожные сигналы, первое, что нужно сделать:

1. Дайте ребёнку понять, что у вас всегда (!) есть время, чтобы поговорить с ним. 
В разговоре посвятить ребенку все своё внимание, быть открытым, спокойным. Не принуждайте ребёнка к разговору, не пытайтесь на него давить. Если ваш ребенок доверился вам, не принимайте скоропалительных решений в состоянии нервозного возбуждения. Все мы любим своих детей и готовы сразу же ринуться в бой. Но лучше успокоиться и действовать системно.

2. Соберите доказательную базу факта травли.
Вы должны быть сильными, показать своему ребёнку спокойную уверенность, сосредоточенность и не проявлять раздражения.

3. Не пытайтесь выглядеть всезнайкой и ни в коем случае не говорите, что ребёнок сам виноват.
Это ещё больше подорвет его и так пошатнувшуюся самооценку и доверие к себе. Покажите ребёнку, что вы искренне верите ему, понимаете, утешьте его и пообещайте обязательно во всем разобраться и защитить.

4. Начинайте действовать.
Позвоните учителю, поговорите с ним и договоритесь о встрече. Если учитель не хочет признавать факт травли, идите дальше, в администрацию школы и заявите о своих серьёзных намерениях не останавливаться, пока вашему ребёнку не будет возвращена безопасность и спокойствие.

5. Покажите ребёнку, что травля не имеет шансов на продолжение.
Чувствуя родительскую защиту, дети с удовольствием снова переключают внимание на другие темы. Снова пробуждаются самоисцеляющие силы, которые есть в каждом ребенке.

Важно! Не пускайте ситуацию на самотек.
Само по себе ничего не разрешится. Никаких положительных изменений не произойдет. Переживание насилия – травмирующий процесс, который в самом негативном сценарии ведёт к суициду. Родители должны понимать, что ребёнок имеет право быть слабым, поскольку ещё не вырос.


Разомкнуть круг буллинга могут только взрослые.

– Как вы думаете, с кого начинается буллинг: с родителей, учителей или окружающих детей?
– В разных ситуациях буллером могут выступать разные люди. Зачастую в школах учителя, сами того не сознавая, становятся зачинщиками травли. Особенно это происходит в начальной школе, где авторитет учителя высок, дети верят своему педагогу больше, чем родителям. Одна фраза, одно слово, брошенное в адрес ребёнка, может стать причиной сначала шуток и нападок, а затем и целенаправленной травли. Раньше считалось, что дети, которые занимаются травлей слабых, сами являются неуверенными, с низкой самооценкой детьми. Исследование этой темы в последние годы доказало, что и с самооценкой у них всё в порядке, они являются физически агрессивными и позитивно относятся к насилию в целом. Они вспыльчивы, легко выходят из себя, импульсивны, плохо переносят фрустрацию. Дети, которые травят других, испытывают сильную потребность доминировать над другими людьми, и, как правило, они не способны на эмпатию в отношении своих жертв.
Вторая.jpgФото: Asia-Plus
Кстати, буллинг следует отличать от обычных ссор и агрессивных действий в школе.
Вот несколько отличий:
  • неравенство сил – жертва не может в одиночку противостоять действиям агрессора или группе буллеров;
  • агрессия длительная и систематичная – инциденты повторяются какое-то время. Обычные конфликты возникают и разрешаются, проходят. В случае буллинга сохраняется постоянная враждебность, чаще всего по отношению к отдельному ребёнку, возникает длительный конфликт;
  • намеренность – травля является преднамеренным и коварным нападением на ребёнка. Сценарий действий зачастую хорошо продумывается.

Чаще травить сверстников начинают дети и подростки из тех семей, где родители мало дают эмоциональной поддержки детям, не следят за их поведением, не принимают достаточного участия в их жизни. Также с травлей связан стиль воспитания родителями. Чрезмерно попустительский или слишком жёсткий подход к дисциплине повышает риск подростковой травли.

– Расскажите, как буллинг отражается на всех детях-участниках этого явления: на жертвах, мучителях и на сторонних наблюдателях?
– Буллинг имеет негативное влияние на всех участников процесса. Исследования в области подросткового суицида показывают, что значительная часть этих случаев тесно связана с опытом жертвы буллинга. Решение о самоубийстве принимается не сразу. Всё начинается с мелких систематических издевательств, которым подвергается человек и которые, капля за каплей, подтачивают не только его достоинство и самооценку, но и само желание жить в мире, где никто не замечает насилия.

Но и мучители, если им никто не противостоит, оказываются не в лучшем положении. Молчание действует, как одобрение. Терпимое отношение к насилию порождает насилие. В конце концов, с молчаливого согласия окружающих агрессор, чувствуя свою безнаказанность, может дойти до крайних мер. После чего он попадает в поле зрения правоохранительных органов, и жизнь мучителя тоже идёт под откос. И для сторонних наблюдателей, очевидцев происходящего буллинг не проходит бесследно. Чувство беспомощности или вины, что не могут остановить буллинг, страх самому стать жертвой, если начнёшь защищать кого-то. Буллинг порождает стресс, и он отражается на всех.

– По каким внешним признакам можно понять, что у ребёнка проблемы в школе, если он молчит? И можно ли понять?
– Если ваш ребёнок не готов к открытому обсуждению проблемы, всячески скрывает факт травли, не идёт на контакт, то по косвенным признакам можно определить, что у ребёнка всё-таки не всё в порядке.

Вот, 10 тревожных знаков:
  • синяки, происхождение которых ребёнок объясняет неохотно или невнятно;
  • регулярные ночные кошмары и страхи;
  • изменение привычек в еде;
  • повреждённые или потерянные вещи;
  • симулирование болезни, чтобы не идти в школу;
  • вообще нежелание ходить в школу или ездить на автобусе, потеря интереса к школьной работе или в итоге – оценки хуже, чем обычно;
  • желание избежать массовых мероприятий, общения с друзьями;
  • попытки запугать младших братьев и сестёр или других детей (иногда – имитация того, что происходит с самой жертвой буллинга);
  • чувство беспомощности, снижение чувства собственного достоинства, более сдержанное или грустное поведение;
  • саморазрушающее поведение (травмирует себя, пытается убежать из дома или говорит о самоубийстве).

Как травят детей сами учителя?

Кадр из скандального видео: учитель ударила школьницу / Душанбе, 2017 год / Источник: страница Tajikistan-news в InstagramУчительница.png

Этот рассказ Asia-Plus получила, когда основной материал был уже готов, но мы не можем не опубликовать его.

– Хочу рассказать реальную историю из своей жизни. Когда училась в первом классе, была отличницей, старостой класса. Год спустя наша семья из другого города переехала в Душанбе. Я стала ходить в ближайшую от нашего дома школу. В первый день школы учительница посадила меня за партой во втором ряду и тут же начала оскорблять мальчика, который сидел рядом со мной за то, что он не смог выполнить домашнее задание. Не остановившись на этом, учительница ударила перстнем, сжатым в кулаке, по лицу мальчика. С его носа хлынула кровь.


Я была в шоке.

На следующий день у меня уже не было никакого желания идти в школу. Мы все боялись перстня учительницы. Еще она часто собирала нескольких отстающих учеников и водила их по другим классам и там заставляла всех хором кричать «Шарманда! Шарманда!» («Позор!» – Прим. ред.). И так – каждый день. Я всегда жила в страхе, что когда-нибудь она доберётся и до меня.

Прошло несколько недель. Однажды учительница вызвала меня к доске и дала сложное задание по математике. Я что-то перепутала, и тогда она подошла и ударила своим перстнем по моей голове. Я была так испугана, что описалась.

Вернувшись домой, я просила маму перевести меня в другую школу, не объяснив причину просьбы. Боялась, что родители пойдут разбираться с учительницей, а потом я всё же останусь в этом классе, учительница будет наказывать меня жестоко. Мама не согласилась, я продолжала ходить в школу, иногда придумывала разные поводы, чтобы не посещать уроки. Готова была заболеть, лишь бы не видеть лицо учительницы. После нескольких ударов перстнем я уже окончательно отказалась от посещения школы. Родители были удивлены, пришли к учительнице, спрашивают, в чём проблема, ведь она раньше была отличницей, любила школу. В ответ она заявила, что я слабая, стою перед доской как вкопанная. В общем, меня после этого, наконец-то, забрали из этой школы. Я была счастлива. Но в другую школу пойти не захотела, так как боялась, что и там окажусь в руках жестокой учительницы. Занималась дома, читала учебные книги, детские журналы, газеты.

Прошел год. Однажды отец случайно встретил на улице мою первую учительницу и рассказал о проблеме. Учительница встретилась со мной, сообщила, что тоже переехала в Душанбе и пригласила в школу, где преподавала. Я согласилась и продолжила учёбу в новой школе. Здесь уже не было той страшной атмосферы, я училась с большим желанием, только на пятерки.

После школы поступила в университет и окончила вуз с красным дипломом. Сейчас работаю в одном из банков страны экономистом.

Та учительница, как я слышала, до сих пор работает в школе, и говорят, стала ещё более жестокой. Дошло до того, что она заставляет отстающих учеников мыть туалеты. И никто за эти годы не наказал её. Хочу сказать ей: «Остановитесь! Ваша жестокость оставляет в сердцах учеников неизгладимые раны, которые причиняют боль всю жизнь».

Материал подготовлен в рамках проекта «Мой ребёнок», партнёром редакции является представительство ЮНИСЕФ в Таджикистане. Мнения экспертов и авторов публикации могут не совпадать с мнением ЮНИСЕФ. Все материалы спецпроекта можно найти по ссылке.

Автор: Лилия Гайсина 
комментариев 0
Комментарии
  • Комментарии
Загрузка комментариев...
Читать все комментарии
Наверх