Опубликовано 28.01.2020

Как я верила в Аллаха и ходила к гадалкам

pinterest.com

Как расти в религиозной семье, тайно смотреть шоу про экстрасенсов и ходить годами к гадалкам. Анонимный автор отправил The Open Asia рассказ о детстве, психологических травмах, религиозном грехе и неожиданном переосмыслении своих поступков.

В школьные годы у меня была тайная слабость — смотреть мистическое шоу российского телеканала про экстрасенсов. Мистицизм и тайность этого действия усиливались с запретом родителей его смотреть. Никто не объяснял почему. Но когда ведьма из российской глубинки расхаживала на месте убийства и пыталась словить связь с внешними силами, отец быстро нажимал на кнопку пульта. «Харам» — презрительно цедил сквозь зубы родитель. А внутри меня умирала любопытная варвара, и я бежала в другую комнату со вторым телевизором. На голубом экране творился настоящий детектив: только вместо простых смертных, дело раскрывали фриковатые женщины и мужчины с разными аксессуарами. Копытца, шары, спички, спиритические круги, антенны завораживали тем, что они становились неким связующим звеном с потусторонними силами. 

 

«Харам» — презрительно цедил сквозь зубы родитель

Иногда я думаю, что экстрасенсы были моим скрытым юношеским протестом религиозному просвещению, которое велось дома. Каждую пятницу родители читали нам небольшие рассказы из жизни пророка с прямыми цитатами из Корана. 

Я любила момент, когда отец уходил в мечеть, потому что мама толковала религиозные правила мягче и твердила, что Всевышний любит все свои создания. Но голос мамы становился тише с каждым годом. Риторика отца стала главенствующей в доме, и она напротив исходила из философии наказания. Когда мой младший брат летом запрятал дефицитные на то время конфеты «Каракум» под своей подушкой , которые  потом превратились в шоколадную  жижу, то отец сделал вид, что ничего и не произошло. Однако на следующее утро за завтраком он читал лекцию братишке о том, что Аллах вездесущ, а за любой проступок на том свете нас будут пытать огнем. Алан был в таком ужасе, что даже став взрослым мужчиной, он до сих пор не ест сладкое, особенно конфеты. 

В целом наша семья не была радикализированной. В трех метрах от нашего дома жили соседи, которые, как папа сказал «адаскандар». Они не смотрели телевизор, дети гуляли только внутри своего двора, а их мама выходила на улицу только в сопровождении мужа в черном одеянии, где была лишь небольшая дырка для глаз. Иногда я встречала грузного соседа в мечети. Его борода добавляла ему лет 10, поэтому его удушающий запах масел вызывал во мне удивление. Зачем старику так душиться? 

Годы шли и пришла пора выбрать себе профессию и получать высшее образование. Отец сразу же засуетился и нашел мне квартиру в городе, которую снимали бывшие воспитанницы КТЛ. Родители были счастливы, даже не подозревая, что с сожительницами мы толком и не общались. Теперь у меня была новая компания подруг. Городские и свободные — я так сильно завидовала их образу жизни и мышления, что на втором курсе меня все-таки взяли в свой круг. 

Нургуль, Айман, Махаббат и я. Неразлучная четверка. Несмотря на вызывающе короткие платья и яркий макияж, никто из девушек не умел строить отношения с противоположным полом. Детская игра «любит/не любит» заменилась астропрогнозами, нумерологией и прочей эзотерикой. Я привыкла вести двойную жизнь, поэтому всегда любила возвращаться в свою спокойную обитель со своими верующими соседками. Однажды, позабыв о том, где нахожусь, я попросила соседок с собой не разговаривать несколько дней из-за высокой раздражительности, аргументируя влиянием ретроградного Меркурия. На что я услышала целую тираду о том, как я смею верить в такую чушь, когда один из смертных грехов в Исламе — верить в кого-то или что-то кроме Аллаха. Триггер. Отец, наказание, вечные муки. 

Отношение КТЛщиц ко мне после этого случая изменилось. Они выбрасывали мои журналы с астропрогнозами, закрывали на внутренний ключ квартиру, если я поздно возвращалась, а однажды одна из них пригрозила позвонить отцу, если я не съеду. 

Нургуль с радостью приютила меня в своей квартире в центре города. Дочь нефтяников жила на широкую ногу, но не могла никак заставить местного красавчика из четвертого курса обратить на себя внимание. Однажды она слезно попросила меня съездить за город к некой Майе. Нургуль ездила на своем внедорожнике неуверенно и выехав за пределы золотого квадрата, ее зрачки увеличились от паники, страха и плохо работающего навигатора. После двух часов вокруг старого жилого массива, мы уже решили возвращаться назад. К счастью, случайная прохожая, услышав имя Майя, заговорщически улыбнулась и показала дорогу. 

Во время наших поисков, я уже нарисовала в уме ее образ. Мистический фрик. Колдунья с шаром или свечками. Но Майя оказалась обычной женщиной кавказского происхождения с интересным акцентом. Она завела нас в пристройку, напоминающий магазин ритуальных услуг. На стенах висели иконы, на столе лежал Коран, а рядом мирно сосуществовали карты и четки. В этом помещении лицо Майи сразу преобразилось, теперь она стала похожа на моих любимых героев телевизионного шоу. 

— Месячные? - спросила она, приблизившись ко мне.

— Нет, уже прошли - испуганно ответила я.

Оказалось, что кровь сбивает дар Майи, поэтому женщин с менструацией она не принимала. Нургуль еле дыша, начала рассказывать о своей проблеме, на что Майя машинально начала раскладывать толстую колоду карт. Она перевернула три карты и объявила подруге подробности, которые никак не касались ее объекта воздыханий. Казалось, что благополучный мир Нургуль мог рухнуть в одночасье: у папы любовница, семейный бизнес ждет банкротство, а замужество Нургуль не светит ближайшие пять лет. Но все оказалось можно исправить, если ходить на чистку к Майе в течение месяца. Нургуль без капельки сомнений согласилась. 

Услышав стоимость будущих ритуалов, во мне появилось предательское сомнение о сверхспособности экстрасенсов. Проинструктировав Нургуль, она протянула руку мне. Потрогала вены, раскидала по-новой карты и все время улыбалась. Мое будущее оказалось куда более радужным, чем у Нургуль. Скорая встреча с суженым, хорошая работа, родители будут жить долго, а мне оставалось только принимать подарки судьбы и радоваться. Возвращались домой мы в полной тишине. Нургуль после сеанса наконец выучила дорогу, а я стала замечать, как жизнь стала и вправду улучшаться. 

По ночам я читала молитвы и благодарила Всевышнего за дары: новый молодой человек, та самая работа. И наконец новость о том, что живу с Нургуль родителей, как минимум, не повергла в шок. 

А у моей закадычной подруги все произошло по тому злосчастному сценарию. Чистки не помогли. Мольбы о помощи более традиционными способами тоже. Через 10 лет Нургуль наконец вышла замуж, а я была уже во втором браке. Нашей любимой Майечки больше не было в живых, но мой контактный лист за это время пополнился десятками ясновидцев, целителей и магов. Тех самых, кто говорил мне о моем прекрасном будущем и скорых переменах. Я не переставала верить в Аллаха, но эти люди ускоряли момент доставки моих желаний. Они могли успокоить меня во все те кризисные моменты, когда земля уходила из под ног. Смерть родителей, развод — они говорили, что все это порча, но никогда не обвиняли меня в моих ошибках и не страшили вечными муками. 

Возможно, я верю не в магию, а в те добрые слова, которых я когда-то не услышала от отца.

Редакция OpenAsia
Редакция OpenAsia
Автор материала

Читайте также

Вернуться в начало